Спасти деревья помогут новые лесные фабрики

Спасти деревья помогут новые лесные фабрики

Наука — лесу

Татьяна БИНДА, Фото Вячеслава ЗВЯГИНЦЕВА
22.12.2016 Версия для печати

Усыхание ели, сосны, дуба черешчатого, распространение насекомых-вредителей и, как следствие, снижение устойчивости наших лесов к неблагоприятным погодным условиям для лесоводов каждодневная проблема, которую они решают сообща с учеными. Пока основные меры борьбы с болезнями леса — лесопатологический мониторинг, феромонный надзор — проводятся на уже пораженных участках в лесном фонде. В будущем же стоит задача создать леса, которые будут устойчивы как к изменению климата и условий окружающей среды, так и к нападению вредителей.

Усыхающий сосновый древостой. фото

В последнее время серьезнее всего пошатнулось здоровье ясеневых, еловых и сосновых насаждений, встречались симптомы плохого самочувствия и в дубравах. В текущем году выборочные санитарные рубки в ясенниках необходимы на площади 317,7 га с вырубаемым запасом 3,93 тыс. кубометров древесины. А площадь усохших еловых насаждений к концу года превысила 2 тыс. га. К счастью, за первое полугодие не выявлено дубрав, где бы требовались сплошные санитарные рубки. Вместе с тем в текущем году выборочные санитарные рубки в дубравах предус­матривались на площади 466,2 га с вырубаемым запасом 6,62 тыс. кубометров древесины.

Состояние дубрав

Усыхание дубрав на больших площадях происходит периодически, нередко повторяясь в одних и тех же регионах. На территории Русской равнины за последние 100 лет случилось несколько крупномасштабных усыханий дуба черешчатого. Последнее такое усыхание в Беларуси произошло в 2003—2006 годах.

Восстанавливаются дубравы намного хуже, чем другие породы. Но, несмотря на это, в последние годы площадь дубрав в Беларуси постепенно увеличивается.

— Искусственное создание дубрав сопряжено с болезнями и нередко с гибелью насаждений, — рассказывает заведующий кафедрой лесозащиты и древесиноведения лесохозяйственного факультета БГТУ Вячеслав Звягинцев. — Сейчас дубовые насаждения в Беларуси находятся в более-менее удовлетворительном состоянии, и задача стоит в поддержании устойчивости уже существующих насаж­дений.

Заведующий кафедрой лесных культур и почвоведения БГТУ Вадим Носников:

— Дуб — порода-символ нашего леса, поэтому к нему такое пристальное внимание. Из-за изменения гидрологического режима, когда осушались болота, спрямлялись реки, пойменные дубравы стали ослабевать и усыхать. Если при восстановлении не брать в расчет изменения природных условий на привычных для дуба местах произрастания, успешность восстановления будет нулевой.
Причем устойчивость дубрав может пошатнуться как сразу после посадки, так и через некоторое время, когда, казалось бы, деревья окрепли и пошли в рост.

Повреждения, нанесенные короедом- типографом. фото

Дуб дубу рознь

Если дуб черешчатый в Беларуси всегда находился в почете, то его собрата — дуба красного — всеми силами стараются уничтожить. Это инвазивный вид растений, который обладает высокой плодовитостью и приживаемостью, но при этом не оставляет шансов на жизнь другим растениям. Опавшая листва дуба красного не разлагается, а застилает почву подобно пленке, под которой ничего не взойдет. В результате этот переселенец может вытеснить не только дуб черешчатый, но и другие породы.

«Я спросил у ясеня…»

Вторая по распространенности твердолиственная порода Беларуси, которая раньше считалась одной из наиболее устойчивых, — ясень — тоже теряет свои силы. Причиной тому стал агрессивный фитопатоген из Азии — гриб Hymenoscyphus fraxineus (Хименосцифус фраксинеус). Паразиту хватило нескольких лет, чтобы в некоторых европейских странах ясень стал растением-краснокнижником. Леса Польши и стран Прибалтики, к примеру, за десять лет потеряли большую часть популяции ясеня, наш лесной фонд — около трети.

БГТУ совместно с Институтом леса Национальной академии наук Беларуси, Республиканским лесным селекционно-семеноводческим центром и ГУ по защите и мониторингу леса «Беллесозащита» на протяжении четырех лет будут заниматься спасением ясеня. Основная цель такой масштабной работы — выделение устойчивых растений и получение от них посадочного материала, который справится с инфекцией.

— По данным европейских ученых, 2—8 % популяции ясеня обыкновенного все-таки обладает генами, устойчивыми к новой болезни, — рассказывает Вячеслав Борисович. — Такие деревья могут пережить контакт с патогеном. Наша задача — найти такие устойчивые деревья среди местных популяций ясеня и попытаться их клонировать или получить семенной материал, несущий в себе гены устойчивости. То есть через 4 года мы должны будем создать лесосеменную плантацию ясеня обыкновенного, с которой получим устойчивый посадочный материал.

В Европе спасти ясень пытаются путем генной инженерии. Растению вживляют ДНК бактерий или других видов организмов, но в итоге полученное растение уже нельзя назвать ясенем. Таким образом, дорогостоящие эксперименты привели в итоге к сомнительным результатам.

Как дела у хвойных?

В Беларуси ель растет на границе своего ареала. Южная граница сплошного местообитания ели проходит по югу Минской области, дальше — островные места обитания породы. И, как любой вид, который сдерживается климатическими факторами, на границе своего ареала ель наиболее уязвима перед экстремальными погодными условиями. За последние несколько десятков лет средняя температура воздуха повысилась на 1,5 градуса, что вызвало стресс у еловых насаждений. Нехватка влаги сделала растения более уязвимыми перед вредителями. Не упустил своего шанса полакомиться древесиной ели короед-типограф, а его собрат — вершинный короед — добрался до сосны.

— Последние 5—7 лет шло накопление стволовых вредителей. Резко повысилась численность вершинного корое­да, что привело к массовому усыханию сосны на юге Минской области, а также в Брестской, частично в Гомельской и Могилевской областях, — комментирует ситуацию с хвойными растениями Вячеслав Звягинцев. — Точно такая же ситуация наблюдается в сопредельных регионах Польши и Украины.

Короед-типограф. фотоУничтожая ельники и сосняки в наших широтах, вредитель распространился гораздо дальше. Так, во Франции сотни гектаров заповедных сосняков в горных регионах с воздуха выглядят как огромные рыжие пятна. В Финляндии, где почвенная засуха в принципе невозможна, деревья также страдают от этого жука.

Европейские лесоводы смотрят вперед и подбирают южные породы-интродуценты, которые более устойчивы к таким стрессам и дают не менее ценную древесину.

— Например, робиния лжеакация, которая в Беларуси тоже считается инвазивным видом, заполонила кое-где южные регионы республики, — рассказывает Вячеслав Звягинцев. — Оказывается, ее древесина превосходит дубовую, при этом эта порода ничем не болеет и устойчива к изменению климата. Робиния лжеакация имеет высокую скорость роста и хорошую устойчивость. Возможно, впору рассматривать этот вид для плантационного выращивания ценной древесины.

Вместе с тем пока ученые не призывают отказаться от привычных пород, а заботятся в первую очередь о повышении качества и продуктивности традиционных для Беларуси насаждений.

— Не нужно пока отходить от наших реалий. Мы делаем упор на селекционный посадочный материал, учитывая семенное районирование, — говорит Вадим Носников. — С другой стороны, у нас есть свои породы, которые могут заменить ель. Та же пихта белая, которая является нашей коренной породой, но находится на грани исчезновения, поскольку только отдельные локальные популяции встречаются в Беловежской пуще. Так вот, эта порода может произрастать в более широком ареале, чем ель.

Дубок, пораженный мучнистой росой. фото

Спасти деревья помогут новые лесные фабрики

Чтобы увеличить в лесовосстановлении долю посадочного материала с закрытой корневой системой, в Ивацевичах, Щучине, Глубоком, Могилеве и Речице появятся лесные центры.

Вадим Носников:

— Новые центры станут зелеными фабриками посадочного материала международного уровня. Да, пока выращивание сеянцев и саженцев с ЗКС — дорогостоящее занятие, но, когда технология станет массовой, себестоимость саженцев упадет.

Судите сами: ель с ЗКС выращивается два года. В итоге лесхозы получают саженцы-двухлетки с надземной частью 50—60 см. Они по своим размерам соответствуют саженцу ели с открытой корневой системой трех-четырехлетнего возраста. Так, практически в два раза сокращается срок выращивания посадочного материала и расход средств. К тому же саженец с ЗКС после посадки сразу начинает идти в рост, приживаемость при соблюдении всех технологий доходит до 100 %. Увеличиваются и сроки посадок: посадочный материал по финской технологии можно высаживать даже летом.

— Сейчас мы работаем над использованием сеянцев-однолеток ели европейской, — рассказывает Вадим Валерьевич. — В Островецком лесхозе мы получили сеянцы-однолетки высотой 30 см. Уже были опытные посадки, которые показали высокую эффективность. То есть разница в стоимости выращивания посадочного материала еще уменьшится. В Финляндии лесовосстановление ведется только посадочным материалом с ЗКС. У нас неплохо выращивается материал с открытой корневой системой, поэтому пока стоит цель довести использование сеянцев и саженцев с ЗКС до 30 % к 2020 году. Хотя окончательный результат мы увидим, когда сможем получить действительно правильно выращенный посадочный материал с ЗКС.

Что ж, будем ждать новых всходов, которые вредителям леса окажутся уже не по зубам.


Комментарии

Оставить комментарий

0 Комментариев

Связаться с редакцией: