Осенняя утка в пойме Припяти

Осенняя утка в пойме Припяти

Охота по перу

Фото автора, Александр ОЛЬГОМЕЦ
10.10.2019 Версия для печати

В Затоны за кряквой

Когда прошли еще только первые две недели после открытия летне-осенней охоты на водоплавающую дичь, изрядно напуганная утка уже облетала традиционные места охоты на вечерней зорьке. В пойме Припяти остались единичные малодоступные урочища, где можно результативно поохотиться на утку на вечернем кормовом перелете. Всё чаще табунки уток в таких местах остаются на дневку, где впоследствии сформируется «сад».

Одним из таких малодоступных урочищ является урочище Затоны расположенное в восточной части Столинского района на границе Брестской и Гомельской областей. Урочище сильно облесено. В целом преобладает дуб, есть осина, граб, ясень. В понижениях между возвышениями всегда стоит вода. Берега сильно поросли ивняком. Ко многим таким понижениям нет никаких троп, и на них невозможно попасть из-за сплошной стены ивняка. Я еще с детства хорошо знал расположение этих ям, где руками ловил увесистых линей.

Утка стала вечером облетать все урочища перед Затонами на большой высоте, недоступной для выстрела, и скрываться на ямах в Затонах. Я решил в неохотничий день проследить маршрут утиных перелетов и хотя бы примерно выяснить, на какие долины они садятся. В первый же вечер выяснил, что основная часть уток «падает» на вытянутую долину среди ивняков в восточной части урочища. Решено было в субботу попасть на это «утиное эльдорадо».

С первых же шагов я столкнулся с проб­лемой абсолютного отсутствия какой бы то ни было дороги. Единственная в прошлом тропа заросла настолько, что по ней приходилось буквально продираться. Я беспокоился за свои болотные сапоги — ничего не стои­ло продырявить их в ивняке. Вот оно, настоящее лицо белорусской Амазонки — нашей Припяти! В пойме есть еще много мест, где не ступала нога человека.

Целых два часа я потратил на преодоление стены ивняковых зарослей и наконец добрался до ямы. На ее топких берегах не было никаких следов человека — и множество утиных. Я попал куда надо. Осталось дождаться сумерек и выбрать место поудобнее для охоты. Я расположился спиной к ивняку, соорудив что-то наподобие шалаша. Хорошо просматривалась вся долина, выбором места я остался доволен. Стало вечереть, вот-вот начнется лёт.

Первыми о себе напомнили цапли, неспешно планируя на грязевые берега ямы. Вдруг в метрах 20 без всяких предварительных кругов на яму сели особей 5 крякв. Две из них стали моей добычей. С воды я их не забирал. Через минуту-другую со стороны Припяти появился табунок уток и опять сел на воду. На этот раз я добыл лишь одну утку. Лёт был очень хороший. Утка налетала со всех сторон, но стрелял я исключительно по летящей над водой или по той, которая села на воду. Выстрели я над ивняком, шансов найти упавшую утку было бы мало. Еще несколько раз на яму подсаживались одиночные утки и пары. Несколько из них удалось добыть. Одна утка подранком скрылась в ивняке. В итоге я добыл 7 крякв и 3 чирка. Недельки две-три эту яму я решил не тревожить, и к концу сентября на ней опять был неплохой лёт.

Удачное воскресенье

Этот воскресный октябрьский денек выдался теплым и погожим. Безоблачное небо и яркое солнце напоминали об ушедшем лете. В пойме Припяти были выкошены и убраны все луга, а значит, есть все условия для ходовой охоты. Я заранее распланировал последовательность урочищ, которые осмотрю на охоте. В шесть часов утра я уже находился возле урочища Мискесовы ямы, медленно двигаясь вдоль полосы ивняка. На этих ямах, расположенных среди открытых припятских лугов, утка держится до их полного замерзания. Берега большинства ям заросли ивняком, и я каждый год в нем топориком прорубаю специальные проходы.

Вот и на этот раз захожу на самую большую из ям, которую в своих дневниках именую «утиной». Она встретила меня тишиной, водная гладь была пуста. После этого я смело вышел на берег и по привычке хлопнул в ладоши. И тут совершенно неожиданно из-под нависшего ивового куста, словно пернатый взрыв, к Припяти рванул табунок селезней в 5—7 особей. Я успел выстрелить лишь один раз 5-м номером дроби по бокам уходящему селезню метров с 25—28. Остальные птицы в этот момент были уже над кустарником на расстоянии в 40—45 метров. Для «пятерки» далековато. В болотных сапогах я достал линного молодого селезня. У него светлым было лишь брюшко, а шея и голова — коричневыми. Где-то в глубине души я упрекал себя, что расслабился, решив, что на яме уток нет. А ведь мог и отдуплетить. В это время кряква уже очень осторожна. После моего выстрела утки поднялись и с других ям урочища. Птицы долго кружили на недосягаемой для выстрела высоте и скрылись за Припятью.

Следующей моей охотничьей целью было урочище Заречичье, напрямую примыкающее к Припяти. Оно изобилует небольшими долинками, расположенными среди ивняков с одиноко произрастающими дубами. По периферии урочища находится протока с высокими отвесными берегами. Обычно я начинаю охоту в Заречичье с осмотра именно этой протоки, медленно двигаясь вдоль нее, а потом под прикрытием куста осматриваю ее русло. На этот раз меня привлекло скопление белых цапель в «бухте» — так я называю самую широкую и мелководную часть протоки. Осторожно выглядывая из-за куста, я видел лишь сильно обмелевшие грязевые берега «бухты», которые и привлекли птиц. Пришлось двигаться в глубь урочища. Дождей не было целый месяц, и большинство его понижений попросту пересохли. Лишь ближе к Припяти находятся глубокие ямы-старицы, в прошлом соединявшиеся с рекой. Сейчас их от нее отделяет намывной высокий вал грунта. Таких ям в Заречичье две. На одну из них очень удобно заходить со стороны реки через тростник, в котором я предварительно протоптал проход. Сразу на яму захожу медленно, без шума, потом резко выбегаю и вспугиваю табунок крякв. Утки от неожиданности разлетаются в разные стороны. Уходящего от меня по прямой селезня я «достаю» «пятеркой» и повалом кладу на участок грязи на берегу. Боковым зрением замечаю летящую в стороне самку, уже над тростниками. Стреляю с расстояния около 40 метров. Утка упала в тростник. Примерно замечаю место падения и иду туда искать. К своему глубокому сожалению, утку я не нашел. Уж очень трудно ее найти в припятских ивово-тростниковых крепях. Похоже, подранок затаился в зарослях. Даже пожалел, что выстрелил. Вторая яма, расположенная в метрах в двухстах от первой, пуста. Но на ней я видел удравшую в кусты лысуху.

Что ж, сегодня моими трофеями стали два осенних кряковых селезня. Я шел домой уставший, довольный, обдумывая маршрут следующей охоты.


На полях

После трех недель отсутствия дождя в пойме Припяти все небольшие водоемы пересохли. А ведь именно на них на вечерней зорьке садилась основная масса утки. В вечернее время на кормовых перелетах табунки крякв всё чаще летели на убранные поля зерновых и кукурузы.

В один из дней я осмотрел убранное кукурузное поле в урочище Лопечево восточнее деревни Семигостичи в Столинском районе. В дальнем углу поля я обнаружил перья крякв. В этот период у уток протекает массовая линька, и места ночных кормежек крякв можно обнаружить по наличию на земле линных перьев. Именно такое место я нашел на кукурузном поле.

Встал вопрос маскировки. Пришлось взять лопату и, как весной, подкопать углубление в грунте, накинув наверх маскировочную сеть. В субботний вечер, замаскировавшись, я стал ждать налёта уток. Сумерки сгустились. Меня окружила немая тишина, и с каждой минутой таяла надежда на появление птицы. Над головой пронеслась тень охотящейся совы. И вдруг осеннюю тишину нарушил характерный звук крыльев приближающегося утиного табунка. Звук нарастал откуда-то с восточной стороны позади меня. Я резко развернулся и уже увидел находящий в «лоб» утиный табунок особей в 10. Изловчившись, я успел отдуплетить по уткам с расстояния метров 25 и выбить две птицы. Одна утка, битая наповал, упала в пределах видимости. Ее поднял сразу. А вот вторая стала отползать в сторону. Пришлось покинуть свой скрадок и ее словить. Мое неожиданное появление на фоне вечернего поля отпугнуло еще один налетавший табунок крякв, утки свернули в сторону. Подождав еще минут 10—15 до полной темноты, я охоту завершил. Осмотрел свои трофеи — добытыми оказались самки. В зобах обеих в большом количестве были зерна кукурузы.

 


Комментарии

Оставить комментарий

0 Комментариев

Связаться с редакцией: