«Нам в сорок третьем выдали медали... и только в сорок пятом паспорта»

«Нам в сорок третьем выдали медали... и только в сорок пятом паспорта»

День Победы

Юлия ХОЛОДИНСКАЯ, Фото из архива героя публикации
05.05.2022 Версия для печати

Александр Карнилович Юрченко более 40 лет посвятил работе в Суражском лесхозе. И по сей день в свои золотые годы (ветерану 92!) душой болеет за отрасль, находя интересные решения для ее процветания. Интеллигентный, улыбчивый, открытый — глядя на такого человека, думаешь, что вся его судьба соткана из доброты и гармонии. Только вот Александр Карнилович сохранил свои лучшие черты скорее вопреки жизненным обстоятельствам, ведь еще в юные годы вынужден был пройти через ужасы войны. 

Нашу беседу ветеран Великой Отечественной войны Александр Юрченко, как и полагается начитанному человеку, начинает со стихов. Строки авторства Юрия Воронова (тоже ребенок войны), упомянутые в заголовке этой статьи, психологически ему даются непросто. Но Александр Карнилович борется с эмоциями. Читает с выражением не потому, что так надо, а потому, что каждое слово прочувствовано горьким опытом. 

— Мне было 12, когда началась война, — вспоминает Александр Карнилович. — С семьей я жил в деревне Лазоватка. И с первых дней оккупации вместе с отцом собирали оружие, прятали, передавали его партизанам, всеми силами старались помочь, пока вокруг нашей семьи не создалась обстановка, из-за которой мы вынуждены были уйти в партизаны. Буквально на второй день при разгроме немецкого гарнизона рядом с Суражем погиб отец, а в мае 1943-го и моя сестра Раиса. Мы остались вдвоем с мамой. Вскоре тогда еще совсем мальчишку Александра забрали с собой партизаны другого отряда. 

— В отряде было человек 150. Все взрослые люди, военнообязанные. Кроме меня, детей не было, — вспоминает ветеран. — А взяли меня для того, чтобы разведывательные функции выполнял: например, в гарнизон смог пройти и узнать, сколько там немцев, какое вооружение. Чтобы медикаменты на оккупированной территории добывал и бытовые мелочи: от мыла до соли. 

Мальчик выполнял задания беспрекословно. И только сейчас, спустя годы, признается: «Для меня это страх был неимоверный…» 

Но испытания всё не заканчивались. Вместе с партизанами Александру Юрченко довелось побывать в окружении в Щелбовских лесах. Чудом вырвались из фашистского кольца. Спасаясь, вышли на убитых: шли, а вокруг трупы. Даже сейчас Александр Карнилович рассказывает об этом и чувствуется, как дрожит его голос. 

Пытались освобождать и деревни. В одной из таких стычек мальчика ранили в ногу — огнестрельное навылет. Причем подобрали его тогда немцы. Отправили сначала в Витебск вместе с местным населением, а после эшелоном в Алитус (Литва), в концлагерь, который был расположен на территории военного городка, обнесенного колючей проволокой. Пленные жили в казармах. Взрослое население заставляли работать. Раненого Юрченко задействовать не могли, но и медицинскую помощь оказывать никто не собирался. Однако мальчишка не сдавался, пошел на поправку. И при первой возможности нашел в колючей проволоке лаз и бежал из лагеря. 

— А что в то время было самым желанным для узника концлагеря? Кусок хлеба, — рассказывает Александр Карнилович. — На свой страх и риск зашел в случайный дом и попросил еды. Хозяйка оказалась гостеприимной. Посадила за стол и накормила. А когда я, поблагодарив, встал, чтобы уйти, окликнула и предложила: «Мальчик, постой, оставайся, будешь помогать по хозяйству». 

Как оказалось, женщина была женой немца, сражающегося за фашистов. Но мальчишку не сдала, а отправила жить во времянку рядом с домом. Там же пряталась еще одна семья — жена советского офицера с двумя детьми. 

Приютившую литовку Александр Юрченко так и называл — хозяйка. 

— В мои обязанности входили уборка помещений, мытье полов, посадка огорода и прочее. Нередко приходилось выполнять непосильный для ребенка труд, — признается ветеран. 

Но надо было брать всю волю в кулак, чтобы спасти себе жизнь, оставаясь в относительной безопасности. 

Уже в 1944-м, когда в Литву пришли советские войска, офицерская жена с детьми бежала в деревню, что в 12 км от Алитуса, и посоветовала Александру последовать их примеру, так как узнала, что семья хозяйки готовится ехать в Германию и хочет забрать мальчишку с собой. Он так и поступил. А в той деревне на то время уже было много советских солдат, которые возвращались в Борисов за техникой, они и подбросили мальчика в Беларусь. 

— Из Борисова добрался до Орши — и на попутках домой. Приехал, а деревни нет — всё сожжено. Только 4 дома остались. Два из них использовали под школу, — вспоминает Александр Карнилович. — Мама моя за время войны побывала в концлагере. Но тоже смогла вернуться в родную Лазоватку — на год раньше, чем я. Искала меня. Рассказывала: «Идет какой-то мальчишка, а я всё вглядываюсь, надеясь, что мой». 

В деревню Александр Карнилович возвращался вечером. Местные женщины шли из колхоза домой. И среди них мама. Мальчик тихонько нагнал ее — это были минуты счастья для них обоих, хоть и со слезами на глазах. 

Александр Юрченко вернулся в школу. В 1951-м устроился в лесхоз. Попутно получил образование по лесной специальности в Полоцком техникуме. 

— Лесная отрасль мне всегда была по душе, — замечает ветеран. — Отработал в лесхозе 40 с лишним лет на разных должностях. Вначале объездчиком, после начальником утильцеха (кол виноградный готовили, кровлю), мастером лесных культур, инженером лесных культур, инженером охраны труда и, уже выйдя на пенсию, завхозом. Больше всего нравилось заниматься созданием культур и уходом за ними. Сегодня люблю посещать те места, где занимался посадкой леса. И даже сейчас, находясь на пенсии, предан лесному делу и всё еще задумываюсь, чем можно помочь отрасли. Над одним из моих предложений, к слову, работает кафедра лесных культур. 

За время работы в отрасли Александра Карниловича много раз отмечали за заслуги, в том числе медалями Верховного Совета СССР за доблестный труд и безупречную службу в лесной охране. Но еще сильнее греет душу ветерана гордость за любимых детей. 

— Достойных людей воспитал. Дочь окончила институт иностранных языков, сын — главный хирург города Бреста, — хвалится Александр Юрченко и добавляет: — Они — моя главная опора. Не знаю, что бы без них делал. 

Завершил нашу беседу ветеран тоже стихами, на этот раз поэтессы Елены Шальновой. Вновь слова о войне, пронзающие душу... 


Александр Юрченко советует: 

— Чтобы вырастить новый лес на заболоченных территориях после сплошной рубки, нужно сделать в центре пней параллельные пропилы до 5 см глубиной, заполнив их аммиачной селитрой. За год-два произойдет разложение, и в пень, как в микроповышение, можно будет сеять лесообразующие культуры.


Комментарии

Оставить комментарий

0 Комментариев

Связаться с редакцией: