«Какие наши годы!»

«Какие наши годы!»

Твои люди, лес!

Павел ВЛАДИМИРОВ
30.04.2020 Версия для печати

В мае 1987 года молодого водителя Ваню Прокопука из деревни Гвозница Малоритского района, лишь совсем недавно вернувшегося из армии, вызвали в райвоенкомат. Бывший сержант железнодорожных войск, два года строивший Байкало-Амурскую магистраль, отправился на ликвидацию последствий катастрофы на Чернобыльской атомной электростанции. 

Полк, в который призвали недавнего дембеля, стоял в поселке Рудаков Хойникского района, что километрах в 70 от города Припять. Иван возил туда смены таких же, как он, «партизан», занимавшихся расчисткой мусора в здании 3-го энергоблока ЧАЭС, практически в непосредственной близости от разрушенного взрывом 4-го реактора. Продолжалась работа весь май, после чего полк перебросили в деревню Светиловичи Ветковского района. И там уже ликвидаторы, как их позже назовут, четыре месяца занимались дезактивацией деревень: мыли крыши домов, снимали и вывозили верхний слой грунта с дорог. 

В 2002 году Иван устроился на работу в лесхоз. Сначала лесником, но со временем понял, что хоть природу и лес всегда любил, профессиональные знания ему бы не помешали. Потому поступил на заочное обучение в Полоцкий лесной тогда еще техникум. В 2010-м учебу окончил, однако уже два года к тому времени работал помощником лесничего. В этой должности пребывает и поныне в Гвозницком лесничестве. 

На вопрос о здоровье, самый главный для ликвидатора-чернобыльца, Иван Иванович отвечает с завидным оптимизмом: «Всё нормально! Нас — а вместе со мной тогда служили трое земляков да плюс в других частях еще несколько ребят из Малоритского района — в районной поликлинике регулярно подвергают тщательным медосмотрам. У них тоже всё в порядке». 

Впрочем, это сейчас за здоровьем бывших ликвидаторов пристально наблюдают медики. А тогда… «Да кто там нас так уж тщательно проверял! — вспоминает Иван Прокопук. — Всё на глаз определяли. Время было такое… Один дозиметр приходился на 20—30 человек. » 

Когда нас демобилизовывали, в бумагах всё приблизительно написали, а сколько там того облучения на самом деле было — никто и по сей день не знает. Может, доза даже лечебной оказалась. (Смеется.) Главное было — в панику не впадать. Потому нам никто ничего и не говорил. И мы не знали, как в дальнейшем радиация повлияет на здоровье. 

Это сейчас Иван Иванович вспоминает об этом с юмором, а вот когда пришла пора оформлять льготную пенсию (а те, кто пробыл на аварийной атомной станции более 10 дней, имели право выйти на заслуженный отдых в 50 лет), то ему и его товарищам было не до смеха. Где-то в недрах Министерства обороны потерялись какието важные документы. Пришлось восстанавливать свои права в судебном порядке. Нашлись свидетели, которые всё, что нужно, подтвердили, и вот теперь Прокопук, как и его однополчане (а все они дружат и общаются до сих пор), имеет свои законные 300 рублей. Однако работу в лесхозе при этом не оставляет, говорит: какие, мол, наши годы! 

И действительно, перед его позитивной энергией можно, как говорится, снять шляпу. Вскоре после чернобыльского служения Иван Прокопук женился, вместе с женой Галиной вырастили трех дочерей — Анну, Наталию и Викторию. Две старшие замужем, живут в Минске, младшая — в родном агрогородке. Есть у Ивана Ивановича и Галины Лукьяновны и двое внуков — мальчик и девочка. Казалось бы, что еще нужно человеку, чтобы встретить старость, как вопрошал известный киноперсонаж? Но не тут-то было! Теперь в семье Прокопук воспитываются еще трое детей, чьи родители были лишены родительских прав. Две девочки детсадовского возраста, третья — школьница. Галина Лукьяновна до выхода на пенсию работала учителем в школе, так что накопленный богатый педагогический опыт обязательно поможет ей вместе с мужем воспитать приемных детей и сделать из них достойных людей. 

В самом деле, Иван Иванович, какие наши годы! 

 


Комментарии

Оставить комментарий

0 Комментариев

Связаться с редакцией: