Свои угодья знает — исходил

Свои угодья знает — исходил

Твои люди, лес!

Александр ПИСКУНОВ, Фото автора
10.08.2017 Версия для печати

Вот уже семнадцать лет прошло, как принял на себя Михаил Лукашевич обязанности отвечать за работу лесоохотничьего хозяйства Логойского лесхоза. Начинал с того, что после бурных лет так называемой перестройки на лося охотиться здесь не могли себе позволить — слишком низкой была численность этого зверя. С тех пор многое изменилось в лучшую сторону, и большая заслуга в этом инженера по охотничьему хозяйству Михаила Лукашевича. Его работа не осталась незамеченной — недавно его наградили Грамотой Министерства лесного хозяйства.

— Лимит добычи лося на нынешний год составляет у нас четырнадцать особей, — говорит Михаил Иванович. — В первую очередь мы обеспечили охрану диких животных от браконьеров, и популяция этого зверя вскоре восстановилась, имея все условия для обитания в наших лесах.

В этот период и территория угодий, подконтрольных хозяйству, значительно расширилась — с 15 тысяч гектаров до 53 тысяч.

Казалось бы, в лесистом и гористом Логойском районе все эти площади сплошь лесные, но, оказывается, немало здесь и полевых, около 22 тысяч гектаров, отчасти есть и водно-болотные. Поэтому и тянутся сюда обычные охотники, которых интересуют зайцы и утки. Они и вносят существенные поступления в кассу лесхоза, покупая сезонные и разовые путевки. Показательно, что приносят доход и иностранцы, которые приезжают охотиться на здешних полях и в перелесках с легавыми собаками на серую куропатку и вальдшнепа.

— Нам хорошо, что рядом столица, поэтому именно городские охотники приобретают до 70 процентов путевок на охоту на мелкую дичь, — с удовольствием сообщает Михаил Иванович и тут же добавляет: — Было бы и больше, но мы не в состоянии принять слишком много охотников на ограниченном пространстве. И так в разгар ягодного и грибного сезонов удивляешься, где в этот период таятся звери — чуть ли не за каждым деревом встречаешь человека. Сказывается близость столицы.

Интересно, что обилие людей не смущает рысь, которая становится все более обычной в логойских лесах. Михаилу Ивановичу довелось по следам установить, как самка рыси с двумя молодыми охотилась на зайца-беляка, у которого не было шанса спастись, хотя он и пытался убежать по заснеженному густому лесу. По мнению охотоведа, именно с хищничеством рыси связано почти полное исчезновение зайца-беляка в здешних лесах, где он всегда обитал. Несомненно, хищник будет сдерживать рост популяций благородного оленя и косули.

— Раньше, до 90-х годов прошлого века, здесь выпустили оленей и они прижились, добывали одних из самых лучших в республике трофейных самцов, — рассказывает Михаил Иванович. — К началу нового тысячелетия их практически не стало, а в последние годы олень снова обживает подходящие для него территории в нашем хозяйстве. Уже есть места, где проходит гон оленей, что говорит о росте их численности.

Оленей необходимо подкармливать — корма в хозяйстве всегда готовы к зиме. Животные хорошо знают подкормочные площадки, где их всегда ждет угощение в виде зерна, сена, соли. Все это находится под навесами — снегом не заметается. Как установил Михаил Иванович, олень предпочитает сено из рулонов, закрытых пленкой, и нередко вообще отказывается от другого. Сюда приходят и косули, которых привлекает зерно. Иногда их собирается до 30 голов. И это после того, как, по подсчетам охотоведа, больше половины популяции этого зверя погибло в 2013 году, запомнившемся небывалой снежной бурей в марте — знаменитым «Хавьером».

Рост численности косули и оленя возможен лишь потому, что волки мало тревожат животных. Конечно, периодически они появляются в угодьях хозяйства. Приходят даже из Березинского заповедника, но здесь их уже можно добывать, что и делается. К началу прошлой зимы стая из шести зверей появилась на территории Крайского лесничества. После удачно проведенной облавы все звери были добыты. Михаил Иванович уважает волка как достойного противника, но спуску ему не дает, а хорошее знание угодий и постоянный контроль за любыми изменениями в них позволяют всегда знать и о передвижении волков.

— Это мой зверь, но волки палки не едят… — подытоживает он свой рассказ о волках, которые, случается, находят и здесь укромные места, чтобы принести и вырастить потомство.

А палки нужны другому зверю — бобру. Михаил Иванович очень осторожно относится к тому, что многие считают бобра чуть ли не вредным зверем и чрезмерно ополчились на него. Конечно, его строительная деятельность недопустима возле гидросооружений и там, где происходит подтопление лесных участков. В то же время во многих местах бобр не только не приносит вреда, но и помогает сохранить воду, а возле нее всегда кипит жизнь. Например, встревожился Михаил Иванович, когда недавно обнаружил, что на глухариный ток, окруженный верховым болотом и по весне почти недоступный из-за воды, теперь можно пройти едва ли не в тапочках.

— Мы долго восстанавливали популяцию бобра, и не хотелось, чтобы снова пришлось это делать, если его численность снизится до недопустимого предела, — считает охотовед. — Бобр должен оставаться нормированным видом, добыча которого строго контролируется.

Похоже, Михаила Ивановича трудно застать в административном здании лесхоза: его рабочее место в лесу, который он исходил вдоль и поперек. Здесь он чувствует себя хозяином, ответственным за каждого зверя и птицу. И в том, что дикие животные обитают и плодятся здесь, немалая заслуга инженера по охотничьему хозяйству, которого с полным правом можно назвать настоящим охотоведом.


Комментарии

Оставить комментарий

0 Комментариев

Связаться с редакцией: